• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Образовательные программы
Бакалаврская программа

Востоковедение

5 лет
Очная форма обучения
25/70/4
25 бюджетных мест
70 платных мест
4 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Бакалаврская программа

История

4 года
Очная форма обучения
35/30
35 бюджетных мест
30 платных мест
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Бакалаврская программа

Политология и мировая политика

4 года
Очная форма обучения
40/50/10
40 бюджетных мест
50 платных мест
10 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Социология и социальная информатика

4 года
Очная форма обучения
50/40/5
50 бюджетных мест
40 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Управление и аналитика в государственном секторе

4 года
Очная форма обучения
35/30/4
35 бюджетных мест
30 платных мест
4 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Филология

4 года
Очная форма обучения
28/60/3
28 бюджетных мест
60 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Бизнес и политика в современной Азии

2 года
Очная форма обучения
20/10/5
20 бюджетных мест
10 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Городское развитие и управление

2 года
Очная форма обучения
20/10/1
20 бюджетных мест
10 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Прикладная и междисциплинарная история

2 года
Очная форма обучения
15/10/5
15 бюджетных мест
10 платных мест
5 платных мест для иностранцев
ENG
Обучение ведётся на английском языке
Магистерская программа

Современный социальный анализ

2 года
Очная форма обучения
25/5/2
25 бюджетных мест
5 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Сравнительная политика Евразии

2 года
Очная форма обучения
25/10/10
25 бюджетных мест
10 платных мест
10 платных мест для иностранцев
ENG
Обучение ведётся на английском языке
Магистерская программа

Управление образованием

2,5 года
Очно-заочная форма обучения
22/5/1
22 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Книга
Digital Transformation and Global Society. Second International Conference, DTGS 2017, St. Petersburg, Russia, June 21–23, 2017, Revised Selected Papers

Под науч. редакцией: Alexandrov Daniel A., A. V. Boukhanovsky, A. V. Chugunov et al.

Cham: Springer International Publishing, 2017.

Глава в книге
Наррация в символической политике: Уровни и диахрония

Тульчинский Г. Л.

В кн.: Символическая политика: Сб. науч. тр.. Вып. 4: Социальное конструирование пространства. М.: ИНИОН РАН, 2017. С. 65-83.

Препринт
Social Trust and Media Consumption in Democratic and Non-Democratic Societies

Vólchenko O., Shirokanova A.

Sociology. SOC. Высшая школа экономики, 2017. No. 76.

Профессиональные востоковеды необходимы

Руководитель департамента востоковедения и африканистики НИУ ВШЭ – Санкт-Петербург, председатель Академического совета магистерской программы «Государство, общество и экономическое развитие современной Азии» профессор Евгений Зеленев поделился видением современного состояния востоковедения и рассказал о нововведениях, которые ждут студентов-востоковедов в магистратуре.

  • Востоковедение сегодня пользуется популярностью у абитуриентов  магистратуры. Что на ваш взгляд нужно развивать в востоковедении, чтобы оно не потеряло свою привлекательность?
  • Специально и целенаправленно развивать, по сути, ничего не требуется: мир так быстро меняется, выдвигая страны, именуемые восточными, в лидеры того, что принято называть теперь глобализацией, что в пору надеяться, что востоковедение просто будет успевать идти в ногу со временем, отвечая вызовам современности. Это касается и востоковедения в Питерской Вышке. Совсем недавно востоковедение рассматривалось как симбиоз истории и филологии: именно так обстояло дело в «классическом» востоковедении. Потом кое-где на филологическое основание была надстроена экономика и философия. Востоковедный проект в Вышке – это следующий шаг,  преображающий востоковедение из бинарной в многоотраслевую, даже надотраслевую научную дисциплину, у которой блестящее будущее.

Это в полной мере относится к новой востоковедной магистерской программе «Государство, общество и экономическое развитие современной Азии».

История и экономика, социология и политология, культурология и религиоведение, и, конечно, серьезная лингвистическая подготовка – все эти научные области вобрала в себя эта магистерская программа, открывающаяся в 2017 году  в НИУ ВШЭ – Санкт-Петербург.

Что мешает востоковедению развиваться, что будет мешать ему развиваться через 10 лет? Дилетантам-самоучкам, самопровозглашенным «профессионалам», не имеющим специального образования, а значит и профессионально организованного мышления, экспертам-самозванцам – востоковедение – как антибиотик для вирусов – неперносимо опасно. Востоковедение исцеляет общество от невежества и антинаучности.  Для развития востоковедения есть только одно препятствие – инертность человеческого сознания, а, если говорить прямо, то необразованность и умственная лень дилетантов. Боюсь, что и через 10 лет с этим ничего не поделать.

  • Какое нововведение вы бы предложили для улучшение востоковедного образования в будущем?
  • Я предложил бы начать с объявления международного востоковедного праздника, и назвать его Всемирный день Востока на Западе. А если серьёзно, то все вожди, герои и лидеры, от которых так сильно зависит наша жизнь, где-то, когда-то и чему-то учились. Заняв вершины власти, они используют то, чему научились, и  так, как научились. Так что менять будущее, в том числе и востоковедное, следует, начиная с образования, в котором востоковедному знанию должно быть отведено достойное место. Это общий момент практически во всех масштабных  образовательных проектах современного мира. Востоковедение буквально врывается в современное образовательное пространство. 
  • А как в этом отношении обстоят дела в России по сравнению с другими странами мира?
  • С печалью вынужден констатировать: современному российскому политическому истеблишменту фатально не хватает востоковедного образования. Ситуацию облагораживают некоторые политики, такие, например, как пресс-секретарь президента, который по образованию и «воспитанию» востоковед-тюрколог.  Отсутствие серьезной востоковедной экспертизы – это корень российских экономических и культурно-идеологических неуспехов во взаимоотношениях со странами Востока – Дальнего, Ближнего, Среднего, Азии в целом, Африки.  По сути, принципы научного востоковедения, а их всего три – опора на смыслы, заложенные в языке, раз; целостное мировидение на основе транскультурализма, два; интеллектуальная подключенность к одной  из признанных  востоковедных научных школ, три, справедливы для  гуманитарного изучения всего земного пространства.

Востоковедение, которое возникло в лоне европейской культуры, в последние 30-40 лет было этой культурой необоснованно отвергнуто как расово не вполне политкорректное. Сегодня в Европе повсеместно идет переоценка востоковедного знания, оно вновь в моде, на подъеме, востребовано и вознаграждено. 

Особо следует отметить ситуацию в США, где коннотация понятия востоковедение (orientalism) по-прежнему несет скорее отрицательный смысл. Влиятельная часть американских интеллектуалов говорит буквально словами персонажа известного кинофильма: «Слово это ругательное и прощу его ко мне не применять!». В чем тут дело? Речь идет в данном случае не о востоковедение как науке, а о мировоззренческом феномене «американизма» – особого субпродукта мировой культуры. Мультикультурный смысл «американизма» – непризнание ни одной культуры, достойной главенствовать, при отсутствии разумной альтернативы, кроме так называемой  «массовой культуры», которую и культурой-то называть как-то неловко. Это культурный суррогат – упрощенная, грубая, малополезная подделка под культуру, что признают сами американцы, конечно, образованная их часть.

В США в отличие от Европы, где культура опирается на фундамент национальных, этно-религиозных культурных традиций, культурное развитие носит векторный характер, оно устремлено в будущее, оперативно перехватывает современные веяния, действует на опережение. У этой модели есть свои недостатки, но есть и очевидные достоинства, прежде всего, она эффективна. Так вот для такой модели культурного развития научное востоковедение слишком консервативно,  самодостаточно, не столь оперативно реагирует на текущие вызовы времени. Наконец, самое главное, в США сеть научных востоковедных школа далеко не так сильно развита, как в Европе.    

  • В каких летних школах вы бы рекомендовали участвовать востоковедам, где и как проходить стажировки?
  • Если смотреть на этот предмет не как на форму летнего отдыха или образовательного туризма, то всевозможные летние школы и стажировки для востоковедов  как таковые уже не отвечают своим задачам – в них слишком много развлекательности и слишком мало интеллектуальной свободы. Востоковед, в моем понимании, должен ощущать себя профессиональным путешественником в интеллектуальном пространстве изучаемого региона-страны, ища и находя то, что не видят  и не знают другие. В нынешнем коммуникативном пространстве такой поиск может начать каждый: университеты мира предлагают несметное количество образовательных услуг, грантов, стипендий. Ищите и обрящете, как гласит Библия, или как гласит арабская мудрость: возьмите жемчуг в грозном море, мускус у отвратительной крысы, а знания у того, кто может вам их дать, будь он даже безбожный язычник. А мы, преподаватели,  попробуем не укрощать атомную энергию студенческого темперамента, а направлять её на мирные и плодотворные  цели.
  • Вы сказали, что магистерская программа «Государство, общество экономическое развитие современной Азии» носит междисциплинарный характер. Но для востоковедения междисциплинарность – это норма. А что в программе действительно инновационного?
  • Разрабатывая программу, мы исходили из того, что она должна быть интересна и полезна как востоковедам, так и не востоковедам, но по-разному. Востоковед, поступив на программу, может продолжить изучение своего региона и своего восточного языка, а может изменить базовую специализацию бакалавриата: из арабиста переквалифицироваться в китаиста и наоборот. А вот не востоковед имеет возможность выстроить свое востоковедное образование сразу по трем траекториям: выбрать специализацию Ближнего Востока или Восточной Азии, или, третья, возможность,  заняться сравнительными межрегиональными исследованиями, правда, восточный язык он будет учить только один. Таким образом, бакалавр-экономист, политолог, филолог, юрист, математик и т. д. может с помощью нашей программы дополнить свое базовое образование качественной востоковедной надстройкой, делающей его уникальным специалистом. Это – первое, чего нет в других программах.

И второе, экономический компонент нашей программы мы рассматриваем как равновеликий востоковедному: востоковедные курсы ведут известные востоковеды, а экономические – профессиональные экономисты, многие из которых, к тому же имеют второе востоковедное образование. Я уверен, что уровень экономического блока программы не разочарует поступивших к нам экономистов, а все остальные получат наряду с востоковедной, основательную экономическую подготовку, соответствующую высокой репутации НИУ ВШЭ.